Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

Обращение к моим друзьям - любителям ЖЖшных ников!

Для журналиста, редактора "Фомы", который и ради личного интереса, и из интереса профессионального, старается завести как можно больше френдов, Живой Журнал -- это заколдованное место. В отличие от соцсетей.

С одной стороны, покидать его не хочется: тут многие люди все ещё пишут подробно и развернуто, как и принято в журналах. Это оооочень радует. И уходить не собираюсь.

А с другой: почти все довольствуются никами, и постоянно пытаешься понять или вспомнить, кто есть кто и либо попадаешь в дурацкую ситуацию при переписке, либо не знаешь, где и как человека найти, если он вдруг ЖЖ покинул. А френдов у меня... ну, скажем так, немало.

В связи с изложенным выше, моление:

Дорогие друзья (те, кому общение со мной небезразлично)! Может, как-то обозначитесь сообщением мне в личку? Кто вы в жизни и какие формы связи имеются (емейл, м.б. профиль в Контакте или на ФБ)? Чтобы я не краснел перед вами и мог как-то сориентироваться?
Очень буду признателен.



За фото спасибо Кире Выгривач :)

"И мальчики кровавые в глазах"?.. Историческая правда и гениальные домыслы

Среди множества отзывов на мою недавнюю колонку о "Заповеднике" Сергея Донатовича Довлатова прозвучало недоумение: Вы что — против права художника домысливать реальность? А как же Пушкин? Вы и его при случае начнёте критиковать?

Прежде всего, относительно критических отзывов. Повторяю, что писал вовсе не будучи равнодушен или ревнив к творчеству Довлатова. Читаю его периодически. Недавно смотрел и сопоставлял с повестью "Компромисс" последний (удивительный) фильм Говорухина "Конец прекрасной эпохи". Мог бы пропеть дифирамбы Сергею Донатовичу, но вряд ли тот обрадовался бы безусловному почитанию: ему, мне кажется, важнее была живая реакция. Он сам не боялся вступать в конфликт и рисковать, и нелинейная публикация о двух Заповедниках его бы вряд ли испугала. Но если кто-то прямо обиделся за Довлатова, искренне прошу прощения, что допустил такое истолкование. Цель не в этом, я её уже пояснил. И об одном жалею: большинство сейчас а приори мыслит в категориях "за" или "против". А я писал, чтобы можно было подумать в ином ракурсе.

Но теперь к вопросу о "неприкосновенном" Пушкине. Публикации "Фомы", даже посвященные тому же Пушкину, не исходят из того, что о нём нельзя критически помыслить. Даже если назвали Пушкина "наше всё". Можно. В комментарии я помянул несчастного Сальери. Гениальная маленькая трагедия, которая сделала в представлении многих одного из искренних друзей Моцарта завистником и отравителем. Хорошо ли это? Честно отвечу: это сомнительно. А если б Пушкин написал такое о живом человеке, своём современнике, то было бы с его стороны дурно. Для меня вопрос: что важнее — неосуждение человека или свобода художественного домысла - остаётся вопросом открытым.

К тому же, видимо, я отчасти имею проблему в том, что у меня историческое образование. Например, читая "Бориса Годунова", я знаю, что до сих пор мы не знаем, имел ли он отношение к смерти царевича Димитрия. Да: Борис Годунов вовсе не был правителем, какого можно было бы противопоставить Иоанну Васильевичу IV Грозному. Он был беспощадно жесток. В его царствование жестокие гонения обрушились на род Романовых, будущий царский род. Так что изображать его великодушным и гуманным Пушкину не было никакого резона. Это уже было бы погрешение против реальной истории.

Знаю также, что Пушкин-то исходил в данном случае, из мнения, сложившегося в связи с трудами великого Карамзина. То есть старался следовать новейшим достижениям исторической науки своего времени, которая сочла убийство доказанным фактом... А вопрос-то до сих пор остаётся, на самом деле, открытым. В конце концов, сомнительно даже то, а была ли от смерти младенца для Годунова хотя бы косвенная выгода. Сомнительно, что была, поскольку Димитрий по нескольким причинам не мог претендовать на высшую власть, несмотря на своё сыновство. А вот о проблемах, какие стали следствием гибели святого царевича всем известно: страшный бунт в Угличе, постоянные слухи, и наконец, начало эпохи самозванцев... Точка в вопросе до сих пор не поставлена. И возможно, только на суде Божием мы все узнаем истину.

Потому свободу художника, тем более гениального, использовать имя успопшего (а тем более, живого, реального) человека я воспринимаю с осторожностью. Художник не сможет удержаться и не пересечь черту между красотой мифа и исторической правдой. Его будет увлекать та мощь, с которой искусство может влиять на сознание читателя (или позднее зрителя). И в итоге, многие будут полностью уверены в подлинности пушкинского (а не строго исторического) Годунова, толстовского (ничтожного и бесталанного) Наполеона, которого много за что можно упрекнуть, но уж точно не за отсутствие политического и полководческого гения). И Кутузов у того же Толстого станет не опытным и изощренным в политических играх военным и политиком, а добрым народным дедушкой. Полезно и правильно ли это?

Не знаю. Пожалуй, читателям важно помнить и понимать, что герой художественного произведения может не иметь ничего общего со своим прототипом. И тем самым избегать того, чего всегда надо избегать. Не только, когда читаем книги или смотрим фильм. Нарушения заповеди: Не судите.

+

Художник Александр Головин. «Портрет Ф.И.Шаляпина в роли Бориса Годунова»



"Я предлагаю Минина расплавить" ...Да, было и такое.

Я предлагаю Минина расплавить,
Пожарского. Зачем им пьедестал?
Довольно нам двух лавочников славить,
Их за прилавками Октябрь застал,
Случайно им мы не свернули шею.
Я знаю, это было бы под стать.
Подумаешь, они спасли Россию!
А может, лучше было не спасать?
Это стихи поэта Алтаузена, опубликованные в "Комсомольской правде" в то время, когда решалась судьба памятника Минину и Пожарскому. Раньше он стоял ровно напротив места, где возник мавзолей Ленина. Их движения, поворот взмах руки — всё в направлении Кремля, захваченного врагом. Но после революции такое напоминание стало чуть ли не кощунственным по отношению к новой идеологии и тогдашнему восприятию истории.
Сейчас мало кто понимает, насколько всерьёз тогда стремились "сбросить Пушкина с корабля современности", забыть Достоевского и (в том числе) уничтожить память о Минине и Пожарском. Понимаем мало, поскольку уже к середине тридцатых годов тенденция меняется, и постепенно герои российской истории начинают (с перетрактовкой) возвращаться в учебники, кинофильмы и сознание людей. Но до того — беспощадная борьба. Хорошо, что памятник лишь передвинули. Могли и расплавить.
Запросто.



"Корзина должна быть на рабочем столе"

Вспоминаю, как собрались как-то всеми поколениями семьи. Среди прочего, я помогал маме с настройками компьютера. И поймали друг друга за язык:
"Корзина должна быть на рабочем столе".
Долго смеялись. Представили, что люди подумали бы о нас лет тридцать назад, услышав такое.

... Кстати. Вдруг кто ещё поделится фразами, которые были бы ещё недавно восприняты как признак, что у человека с головой не всё в порядке, а сейчас никого не удивляют? )))

Пы-сы. Автор фото - дорогой Владимир Ештокин. Спасибо ему! )

Лейтенант Корнеев. Дом разминирован

Десять лет назад было...

В Пскове, случайно увидел на стене дома сохранённую надпись и табличку.
Напомнило ленинградские объявления времён Войны ("Граждане! При артобстреле эта сторона улицы...").


"Иисус Христос Суперзвезда" на фоне 1970-х. Многие уже и не поверят, но...

В связи с публикацией на "Фоме" о знаменитой и в общем-то нехристианской по духу рок-оперы.

Сейчас признание многих людей, взрослевших в 1970-е, 1980-е годы, что их заставила задуматься о вере рок-опера "Иисус Христос Суперзвезда" вызывают всё больше недоумений. Поскольку в опере (и фильме 1973 года) Евангелие вывернуто наизнанку, и это выглядит даже не кощунственно, а... просто наивно. Но, дорогие, вот и повод что-то рассказать о той самой эпохе и понять, как жили люди. В том числе, и я тоже. Поскольку 1965 года рождения.

Важно: фильм в Союзе видели единицы: он просто не мог появиться по цензурным соображениям. Были неподцензурные магнитофонные аудио-записи. Слушали их. Также, как большую часть песен Высоцкого или какие-нибудь лекции о летающих тарелках.

Ещё очень важно: многие вообще не знали английский язык! То есть для слушавшего существовали совсем или почти непереводимые, но очень интересные художественно музыкальные эпизоды-монологи. Которые приписывались Христу, Марии, Пилату, Иуде... И были звуки бичевания и момент распятия. И во всём этом была Тайна, которая под запретом. О которой мы ничего не знаем.

Больше почти ничего никто не понимал, либо если понимал, то общую сюжетную линию. Никакой возможности анализировать, насколько это близко или далеко от церковной Традиции, не было: для того надо было бы знать и Евангелие, и предание Церкви. А это стало возможно во второй половине восьмидесятых, не раньше. И когда во время "перестройки" я впервые купил пластинку с перепетой рок-оперой во вполне аутентичном переводе текстов на русский язык, то был тут же очень сильно разочарован. Даже несмотря на малое знакомство с миром веры.

То есть всё строилось на колоссальной, многим сейчас непредставимой степени умолчания о всём, что касалось веры и Евангелия.

Просто с точки зрения понимания эпохи: если сейчас пересматриваешь "Сталкер" Тарковского, то непонятно, зачем так зашифровывать "очевидные" христианские символы, таинства и смыслы? Вот: есть же "Остров", и его посмотрели миллионы. Но когда выходил "Сталкер", то общество было настолько нецерковным, что никто не понял даже очевидных христианских аллюзий. Вообще. И у Тарковского не было выбора: сделай он аллюзии более очевидными, фильм бы не выпустили.

Я хорошо помню, как мы тогда гадали, о чем это кино. Это был мир фактически совсем оторванный от Евангелия. Евангелие в переводе на русский, кстати, было очень непросто найти и невозможно купить легально. Потому пытались понять как угодно: от рок-оперы или "Мастера и Маргариты" до справочников по научному атеизму. Поскольку духовная жажда то была. Никуда они не девалась и в те годы...

И вот из таких странных источников пытались её утолить. Трудно это представить, правда?

+

На фото: кадр из фильма 1973 года. Смотреть не рекомендую. Ну честно... )

Мой прадед. 22 июня 1941 года

Об одном жалел прадед мой Николай Попов в 1938 году: что всех друзей и товарищей арестовали, а его – нет. И, следовательно, страдая, они могли подумать, что это все он … А доносчиком Николай никогда не был. За ним никак не приходили, хотя он активничал, всякий раз старательно передавая по инстанциям поручительства за своих друзей, ожидавших в тюрьмах приговоров.

Однако его, высококлассного инженера, дружившего раньше с Каменевым, всё не забирали. Прадед продолжал жить на свободе, дома. И лишь когда началась Война, днем 22 июня после страшного выпуска новостей он, знавший слишком многое, получил кровоизлияние в мозг, но успел выдохнуть: «Это будет война такая, такая!..»

И после уже неважно, лежал ли он дома, везли ли его на пароходе в эвакуацию, сгружали ли торопливо его мертвое тело на муромской пристани, чтобы похоронить в безвестной могиле... Он уже ничего не говорил. Он погиб на этой Войне. А мы...

В конце-концов: что мы можем знать о том, ходят, летают ли, говорят с расстрелянными друзьями или умершими родственниками, бесами, ангелами, или даже с Самим Богом – души людей, умирающих от инсульта?..

+

p.s. Это своего рода поэтическая эпитафия. Но примерно так и было. Ориентировался на воспоминания его дочери, моей бабушки Иры. Увы, её уже не переспросишь.

Москва. Бауманская, она же Немецкая улица

Район, где прошла фактически вся моя жизнь. С 4 лет поселились с мамой на Бауманской, потом оказались на Малой Почтовой, а сейчас в Красном селе, но почти не мыслю иного места для завтрака по пути на работу или встреч с друзьями, только этот перекрёсток всегда.

И в нынешнем кафе "Му-Му" могу показать, где и какие были прилавки, где кассы стояли, рассказать, за чем в какие годы пришлось постоять в длинных, иногда усталых, а иногда возбужденно-нервных очередях.
...А на тротуар часто привозила свой товар, замечательные пончики по три копейки, женщина из столовой, где пончики только что испекли и посыпали сахарной пудрой. Тоже очередь, всякий раз ажиотаж и волнение, что не хватит на твою долю. Шансы всегда были примерно равны.

И старинный трамвай тоже застал: он продолжал ходить аж до начала семидесятых. Так что помню деревянные сиденья внутри. Полвека назад.

Долго или коротко, и сам не понимаю. Нет ни изумления, ни - честно - какой-то особенной ностальгии по детству, юности и молодости. Ни жалости, что неминуемо состарюсь. Но места эти, Немецкую и прочие слободы и бывшие сёла вокруг, которые теперь Басманный район, я полюбил накрепко. Лучше для меня места в Москве. "Моё".
Только крушат и уничтожают слободу немилосердно. Что останется от неё к концу моей жизни?
+