June 22nd, 2007

Прадед и 22 июня


Об одном жалел прадед мой Николай в 1939 году: что всех друзей и товарищей арестовали, а его – нет. И, следовательно, погибая, они могли подумать, что это все он … А доносчиком Николай никогда не был, и за ним никак не приходили, хотя он очень хлопотал, всякий раз старательно передавая по инстанциям поручительства за своих друзей, исчезавших ночами.

Однако его, высококлассного инженера, дружившего раньше с Каменевым, все не забирали. И лишь когда началась война, днем 22 июня после страшного выпуска новостей он, знавший слишком многое, получил кровоизлияние в мозг, но успел выдохнуть: «Это будет война такая, такая!..»

И после уже неважно, лежал ли он дома, везли ли его на пароходе в эвакуацию, сгружали ли торопливо его мертвое тело на муромской пристани... Он уже ничего не говорил. Он погиб на этой войне. А мы...

В конце-концов: что мы можем знать о том, ходят, летают ли, говорят с расстрелянными друзьями или умершими родственниками, бесами, ангелами, или даже с Самим Богом – души людей, умирающих от инсульта?..