?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

ЖЖ-цитата...
tina_tuna
Навеяно постом. Не тем, который постят,
а тем, что соблюдают.

Почему я верю, но не религиозна?
Многодолгонудно. )

3.

Недоумение по поводу ТАКОГО Бога присутствовало и в другие времена, у других народов. Вот диалог из романа японского писателя середины двадцатого века Сюсако Эндо "Самурай". Роман посвящен событиям Средневековья, когда накануне побоища христиан в Японии оттуда в Европу отправилась последняя японская делегация. По пути самураи посетили Мексику. И в этом эпизоде писатель рисует встречу главного героя романа с японцем, который в свое время принял католицизм, стал монахом, переехал в Центральную Америку, но здесь бежал из монастыря, видя избиения индейцев испанцами.

Однако, вопреки ожиданиям Самурая, японец остался верующим христианином. И вот они говорят о Христе:

"- Нет, я не могу без конца думать об ЭТОМ человеке, - прошептал Самурай извиняющимся тоном.

- Это неважно. Даже если вы не отдадите Ему своего сердца, он всё равно отдаст вам Своё.

- Я проживу и без этого.

- Вы в этом уверены?

Бывший монах с жалостью глядел на Самурая, теребя в руках лист...

- Плачущий ищет того, кто будет плакать вместе с ним. Стенающий ищет того, кто прислушается к его стенаниям. Как бы ни менялся мир, плачущий, стенающий всегда будет взывать к Нему. Ради этого Он и существует.

- Я этого не понимаю.

- Когда-нибудь поймёте. Когда-нибудь вы это поймёте."

Кстати, этот отрывок из романа Сюсаку Эндо иногда удерживает меня от отчаяния - если почему-то страдаю. Ведь страдание - это тоже путь. Оно заставляет поднять голову и посмотреть, что есть в моей жизни единственная цель, ради которой только и можно жить и умереть однажды.

Страдание к Истине (ведь есть что-то общее в словах страдание, старание, страда?)... если у человека есть такое страдание, и ему не бессмыслен вопрос, зачем дана боль - то, верю, что ему и в страдании может открыться христианская Истина. Конечно же, скажете: почему именно "христианская истина"? Что же, я не настаиваю, но со мною именно так:

Когда тоска по любви и состраданию достигает предельной точки, никакой иной бог не может прийти и быть со мною. Только Христос. И мне не стыдно перед Ним за свою слабость.

Вера парадоксальна. Причем, это не голое утверждение. Если вы непредвзято прочитаете текст Евангелия, Вы убедитесь, что не только римляне, но даже сами ученики Христа, апостолы, не могли многого понять в происходившем. Отсюда неверие Фомы, что Христос действительно воскрес. Евангельская история "изнутри", с точки зрения её непосредственных участников-апостолов, была, по крайней мере, до Воскресения, чередой логически не увязываемых между собой событий. Они постигались не логикой, но сердцем и живой верой. Фарисеи же, люди весьма благочестивые, но логичные, мистически-рассчетливые - в конечном итоге Христа и вовсе возненавидели: вся их логичная система рушилась перед Ним, весь их авторитет, все их предписания. Спаситель оказался “не таким”, каким Его представляли себе фарисеи!..

Я не представляю, можно ли придумать подобную историю. Во всех творениях литературного гения, несмотря на потрясения, моменты удивительно сильного сопереживания с автором и героями, я все же не встретил ничего сочиненного, чему можно было бы так поверить. Евангелие – уникально. А ведь у Него даже нет единого автора – но почему всюду, независимо от имени повествователя или автора послания, та же сила и достоверность? Откуда?..

Вы, быть может, спросите о священных книгах других религий... Возможно, там тоже есть такие же невероятно живые вещи. И вполне возможно, все они тоже не плод авторской фантазии, а откровение, посланное с ТОЙ стороны. Но для меня и в этом случае важен не только факт проявление запредельного. Прежде чем отозваться на призыв, я должен понять, чей же именно голос зовет меня.

Почему так? Когда люди начинают говорить, что бог у всех один, я как христианин задаюсь, например, вопросом: как же я могу совместить свою веру в Христа-Бога с точкой зрения восточных вероучений, для которых слезы и жалость – проявление слабости, одна из низких черт приверженности земным страстям? Христос заплакал перед могилой могилой Своего друга, Лазаря (которого минуту спустя воскресил)... Что это – высшее проявление любви, или недойная Высшего существа слабость? Или: можно ли соединить Ису-пророка мусульман - и Иисуса Христа, Который основную часть своих проповедей посвятил уверению людей в собственном Богосыновстве и мессианстве? Ведь если соглашусь я с исламскими учителями - то значит, Его слова: "Я Путь, Истина и Жизнь" - вранье?!..

Неужели – мне, христианину, это не должно быть важно?..

Да, в каждой религиозной системе есть вера в высшую силу, но у этой высшей силы слишком разные обличья, чтобы можно было успокоиться. Человек-то уподобляется именно тому, во что он верит! Если он исповедует культ богини Кали, то покоряется страшной красоте плотоядного существа, которое требует человеческих жизней, он становится жрецом-душителем людей. Что это общего имеет с представление христиан о своем Боге? Видимо, совесть их устроена по-разному?

Ведь человеку совестно не беспричинно! Совесть – словно волна, радиопередатчик, а источник сигнала, “голос диктора” - тот, в кого ты веришь.

Нацист, уверенный в том, что арийцы сверхчеловеки, а инородцы – нелюди, может искренне мучиться совестью за грубое слово в адрес своего партайгеноссе. И при этом спокойно отправлять в газовую камеру “евреев” и “коммунистов” (независимо от пола и возраста). Почему же совесть молчит? Потому, что “на другом конце провода” – не Христос, а фюрер. Если мы признаем единство Того и другого, это будет даже абсурднее, чем утверждение, что Пол Пот и махатма Ганди одно и тоже, поскольку оба были политиками.

Сказать, что боги, которым люди поклоняются, едины – значит признать, что совершенно все равно, кто перед глазами человека – существо, жаждущее крови или Мученик, проливший за нас Кровь на кресте. Согласитесь, чтобы с этим смириться, нужно что-то в себе сломать. Но сделать это я не могу. Да и не хочу.

Это нельзя. Невозможно. И потому именно, что вера, вопреки Вашему утверждению, никогда не ленива. Она соединяет в себе молитву – и стремление преобразить мир. Стремление такой невероятной силы, что перед ним отступают и власть, и стихия.

Кто из наших соотечественников молился более многих? Сергий Радонежский? Серафим Саровский? Но первый своими руками построил монастырь; он вместе с князьями решал вопрос, быть ли Куликовской битве! А второй - вовсе не “просто-отшельник”. Он жил в саровском бору с послушанием сторожа монастырского леса (за что чуть не был убит ворами), трудился на огороде, принимал тысячи страждущих людей…

Если Вы реалистически посмотрите на верующих, то непременно обратите внимание: те, кто молится о несовершенном мире, обязательно пытаются этот мир изменить. И раздражать в религиозных людях может, скорее, что они слишком активны! Вот еще парадокс веры. Верующий – деятелен. Посмотрите: в наше время самые активные “герои” – это исламские фундаменталисты, то есть люди чрезвычайно верующие. Разве они не молятся? Молятся, еще как! Но то, каков плод их молитвы, лишь серьезнее заставляет задуматься: может ли быть так, что у нас с ними один Бог? Мой вывод – нет, не один и тот же. И я вновь обращаюсь ко Христу. Единственному Богу, кроме Которого иных – не знаю.

Comments

( 1 comment — Leave a comment )
ex_rifat
Apr. 11th, 2005 06:34 am (UTC)
хочется сказать о слёзах - они могут быть двояки. некоторые слёзы и православным не будут считаться правильными. слёзы покаяния; слёзы сострадания и сопереживания - очень разняться со слезами о самосожалении, такими слёзами, от которых впадают в уныние и не хотят трудиться над собственным духовным ростом... так что многие понятия как бы двояки...
( 1 comment — Leave a comment )

Tags

Latest Month

August 2017
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Page Summary

Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner